Прославление Царственных Мучеников, церковные либералы и ритуальная клевета

3b22364r

В 2000-м году, когда состоялось прославление в лике святых Государя Императора Николая II и его Августейшей Семьи, мы надеялись, что навсегда умолкнут голоса тех, кто много лет упорно сопротивлялся канонизации Царственных мучеников.

Разумеется, никто не сомневался в том, что либеральные историки, верные ленинцы-коммунисты и завывающие на телеэкране сочинители-драматурги, не прекратят вещать об «отсталой России», «отжившем самодержавии» и «слабом царе».

Но была надежда, что наконец-то смогут смириться и умолкнут те, кто себя считает чадами Русской Православной Церкви.
Вспомним, прославление Царской Семьи происходило дважды.

 

Первыми прославили подвиг Государя русские люди, оказавшиеся в рассеянии и построившие православные храмы по всему миру – от Аляски до Южной Африки, от Аргентины до Австралии.

Затем состоялось торжественная канонизация Царственных мучеников на Русской земле.

И в нашем Отечестве и в Русском Зарубежье причисление Государя Императора Николая II и его Семьи к лику святых встречало упорное, можно сказать отчаянное сопротивление либеральных кругов, но и в России, и в Зарубежье сопровождалось необыкновенно широким народным почитанием угодников Божиих и множеством чудес.

Никогда в истории Церкви канонизация святых не сопровождалась таким упорным нежеланием части церковного сообщества признать святость мучеников, при столь широком народном почитании.

И это сопротивление канонизации, и горячее почитание святых православным народом говорили о том, что прославление Царской Семьи имеет особое значение для России и Русской Православной Церкви.
Россия прославляет Царственных Страстотерпцев

Перед прославлением в 1981 году Царской Семьи в лике святых Русской Зарубежной Церковью не один год велась горячая полемика о царствовании Государя Императора Николая II Александровича.

Это было неудивительно, так как среди русских людей, оказавшихся в рассеянии, были как те, кто сохранил верность Царю, сражался за Веру, Царя и Отечество, пытаясь спасти Родину, так и люди, восторженно приветствовавшие в феврале «Великую бескровную» и падение «проклятого самодержавия».

Часть этих людей боролась «за свободу, равенство и братство» и республику, а часть желала устранить «слабого царя» и ввести просвещенную конституционную монархию.

Некоторые члены этой «бытоулучшительной партии», как называл их служка прп. Серафима Николай Мотовилов, искренне раскаялись, увидев, что сотворили с Россией.

Скорби Русского лихолетья, жизнь на чужбине, потеря Родины превратили многих «теплохладных» российских интеллигентов начала ХХ века в глубоко верующих православных христиан.

И прислушиваясь к голосу Церкви, они сумели осознать причину Русской трагедии.

Хотя и слишком поздно, но вспомнили слова св. прав. Иоанна Кронштадского и других духоносных старцев, призывавших хранить верность Помазаннику Божию, опомниться от революционного безумия.

Но оставались представители эмиграции, упорно не признававшие, что их борьба с «отсталым самодержавием» привела Россию к катастрофе.

Именно они и старались вину за гибель Русской Державы, братоубийственную войну и реки русской крови, возложить на преданного ими Царя.

Но большинство православных русских людей молитвенно почитали память Государя.

Проповеди и Слова святителя Иоанна Шанхайского и Сан-Франциского, таких выдающихся иерархов, как Антоний Храповицкий, Аверкий Таушев, Нектарий Концевич, и многих замечательных пастырей Русского Зарубежья объясняли истинные причины бедствия, постигшего Русскую землю, открывали смысл христианского подвига Царственных мучеников, призывали к покаянию.

Почитание Императорской Семьи русскими людьми, чудеса, явленные по молитвам к Царственным Страстотерпцам были засвидетельствованы сразу же после их мученической кончины.

 

Наиболее глубоко выразил чувства всех русских людей, оставшихся верными Государю в своих замечательных произведениях «Царский гусляр» Сергей Сергеевич Бехтеев.

В 1981 году состоялось прославление Царской Семьи и Собора новомучеников и исповедников Российских.

Вслед за этим было явленно необыкновенное чудо – 24 ноября 1982 года стала обильно источать благоуханное миро Иверская Монреальская икона Богородицы.
Хранитель чудотворного образа Иосиф Муньос был убежден, что непрерывное мироточение иконы Матери Божией – ответ на прославление Царской Семьи в Русской Православной Церкви Зарубежом.

Но в России в то время о прославлении Государя Императора и Его Августейшей Семьи говорить не приходилось.

Почитание подвига Царя-мученика и в подъяремной России никогда не прекращалось, но по вполне понятным причинам, священники Московской Патриархии об этом могли говорить только самым близким из своих духовных чад.

И даже некоторые молодые священники, выросшие в советское время, воспитанные на советских учебниках, хоть и не жаловали атеистическую власть за ее богоборчество, но не задумывались о личности последнего Русского Царя.

Что уж говорить о простых прихожанах.

Но, повторяю, почитание Царской Семьи, отношение к Самодержавной Монархии как Богоустановленной власти сохранялось православными русскими людьми, священниками и мирянами в России и в советское время.

С благоговением хранились чудом уцелевшие фотографии Государя, репродукции из журнала «Нива» с изображением Царской Семьи.

Для многих стало великой радостью, когда в 80-е годы в Россию из Русской Православной Церкви Зарубежом стали поступать не только книги об Августейшей Семье, фотографии, но и первые иконы Царственных мучеников.

С прославлением Царской Семьи Русской Зарубежной Церковью явно стала меняться и обстановка в Советском Союзе.

В 80-е годы у русских патриотов появилась возможность более свободно говорить о необходимости восстановить Храм Христа Спасителя, старались рассказывать правду о истории Императорской России, о Русских Государях.

Все больше православных людей открывали для себя светлый образ последнего Императора Российской Империи и Его Августейшей Семьи.

Переломным стал 1988 год – год Тысячелетия Крещения Руси.

Рухнул СССР и о необходимости прославления Царской Семьи в Московской Патриархии смогли заговорить открыто архипастыри, священники и миряне.

И как когда-то в Русской Православной Церкви Зарубежом, в России завязалась не менее горячая полемика.

Тем более что с началом «перестройки» в Церкви появились новые священники, воспитанные на «идеалах «демократии и свободы». Им, естественно, оказались близки все аргументы февралистов, упорно сокрушавших «азиатский деспотизм царей».

На их стороне оказались все «демократические СМИ» и прокатолические радиостанции, вроде «Софии».

Особенно возмущало «демократически мыслящих» священников и мирян то, что прославление Царской Семьи станет «прославлением монархии».

Всех, кто почитал память Государя, они обвиняли в навязывании Церкви прославления Царя-мученика исключительно из политических соображений и даже обвиняли в «прелести» и духовной поврежденности.
При этом свое категорическое неприятие монархии и приверженность либеральным идеям они почему то отказывались считать политическими пристрастиями.

В либеральных СМИ, при поддержке церковных либералов старательно формировали образ современного «православного монархиста» – мрачного бородатого ксенофоба и антисемита, черносотенца и охотнорядца, врага просвещения, свободы и европейской цивилизации.

Церковные либералы возможную канонизацию Царской Семьи искренне считали огромной бедой для Русской Православной Церкви и сопротивлялись, как могли.

Но в многочисленных полемических выступлениях, радиопередачах, публикациях все доводы противников канонизации были полностью опровергнуты авторитетными и опытными пастырями и богословами, учеными-историками, писателями и публицистами.

А, главное, правда о нравственном и духовном облике Царской Семьи, став доступной, очень легко рассеяла всю ложь и клевету, которые десятилетиями нагромождали вокруг светлой памяти Страстотерпцев.

Замечательно, что невероятно упорное сопротивление противников канонизации только помогало более полно раскрыть правду.

Ложь не могла устоять, несмотря на все ухищрения.

Многотысячные Царские Крестные ходы, молитвенные стояния.

И как ответ – множество чудес милости Божией; мироточение икон и  даже фотографий, исцеления, скорая помощь по молитвам Царственных мучеников.

Во время Царских Крестных ходов 19 мая, 17 июля, 15 марта на праздник Державной иконы Царицы Небесной мы могли наблюдать пасхальную игру солнца, радугу в небе.

В 1997 году впервые стала источать благоуханный елей знаменитая мироточивая икона Царя-мученика.

Мироточивую икону Государя принимали во многих храмах Москвы и других городах России, на Малой и Белой Руси, в Русском Зарубежье.

Тысячи людей с благоговением молились перед чудотворным образом по всей стране.

Образ Государя во многих храмах и монастырях встречали колокольным звоном, расстилали ковры и дорожки из цветов.Как будто православная Русь вновь встречала своего Царя.

Мироточение иконы Царя-Мученика на протяжении этих лет можно сравнить только с великим чудом ХХ века – непрерывным источением благоуханного мира Иверской Монреальской иконой Пресвятой Богородицы.

Царскую Семью прославляли, как местночтимых святых в разных епархиях Русской Православной Церкви Московской Патриархии – Екатеринбургской, Владивостокской, Новосибирской, Одесской.

15 февраля, на праздник Сретенья Господня, когда в Успенском соборе Одессы происходило чтение покаянных молитв, а затем торжественное прославление Царской Семьи над заснеженным городом и скованным льдом морем встала огромная радуга.

С нетерпением мы ожидали общероссийского прославления Царской Семьи.

Собирали тысячи подписей под обращением в Синодальную комиссию по канонизации святых.

Надеялись, что канонизация состоится в 1998 году…

Но Господь все устроил самым наилучшим образом.

В 2000-м от Рождества Христова году в восстановленном Храме Христа Спасителя состоялось торжественное прославление Государя Николая II Александровича и Его Августейшей Семьи в Соборе Новомучеников и Исповедников Российских.

Огромный храм был полностью заполнен и тысячи православных русских людей, когда прзвучали имена Царственных мучеников подняли вверх иконы и фотографии Императорской Семьи.

Над возрожденным Храмом Христа Спасителя плыли в небе кресты из белых облаков.

Трагический ХХ век Россия завершала покаянной молитвой и прославлением подвига своего Царя.

 

В третье тысячелетие от Рождества Христова Россия вступила, прославив Собор Новомучеников и Исповедников Российских, прославив Святых Царственных мучеников и страстотерпцев.

В то время нам всем и показалось, что состоявшееся общероссийское торжественное прославление Царской Семьи навсегда заставит умолкнуть противников канонизации.

Не может православный человек не смириться перед словами постановления Собора: «Изволися Святому Духу и нам».

Не только послушание Церкви, прославившей Царскую Семью, но и чувство элементарной тактичности не должно позволить дальше злословить святых.
Ложь против покаяния

1302683637_1302633795_5

Но и сегодня, к великому сожалению, мы слышим всю ту же привычную ложь о Святом Царе, которую пытаются лукаво прикрыть, якобы «объективным взглядом» на царствование Императора Николая II.

Не выступая открыто против совершившейся канонизации Царской Семьи, церковные либералы пытаются убедить общество в том, что Государь прославлен лишь за последнюю часть своей жизни, за проявленное терпение и смирение в заточении.
Как выразился протоиерей Георгий Митрофанов:

«Русский человек часто не умеет хорошо жить, но умеет хорошо умирать. Николай II, как русский человек не умел хорошо жить, но сумел хорошо умереть».

В этом откровенно хамском высказывании протоиерея Митрофанова, который осмеливается не только судить, но и прямо осуждать Царя- мученика, выражено горячее желание внушить, что Государь жил, оказывается, не очень хорошо.

Сделав вид, что смирились с совершившейся канонизацией, подобные люди продолжают клеветать на святого Царя.

Их задача – заронить сомнение в душах людей и воспрепятствовать подлинному осмыслению подвига Царственных мучеников.

Дело в том, что если большинство русских людей не смогут осознать, в чем же заключался грех цареотступничества, приведший к ритуальному убийству Царя изуверами и гибели Российской Империи, то не сможет совершиться то покаяние, к которому призывали нас многие святые.

Не случайно Святейший Патриарх Алексий II 20 лет назад в послании к 75-летию убиения Царской семьи призывал народ к покаянию, напоминая о причинах многих нынешних бедствий:

«Грех цареубийства, происшедшего при равнодушии граждан России, народом нашим не раскаян. Будучи преступлением и Божественного, и человеческого закона, этот грех лежит тяжелейшим грузом на душе народа, на его нравственном самосознании».

Святейший Патриарх Алексий II от лица Русской Православной Церкви призывал к покаянию в этом грехе в своих Посланиях к 80-летию, а затем и к 85-летию убиения Царской Семьи.

И сегодня все, кто продолжает распространять ложь и клевету о Государе, препятствуют покаянию, к которому призывает русских людей Церковь.
Для многих православных христиан сегодня ясно, что отказываясь от власти Помазанника Божия, русские люди отрекались от Бога.

Отступление благодати Божией, попущенные скорби и испытания, которые должны вернуть Россию к Богу – вот причины всех бедствий и несчастий.

Об этом неустанно напоминали и напоминают нам все наши святители и старцы.

И почившие патриарх Алексий II и митрополит Иоанн Санкт-Петербургский и Ладожский, архимандрит Иоанн Крестьянкин, протоиерей Николай Гурьянов.

Об этом не раз говорили архимандрит Кирилл Павлов и схиархимандрит Илий Ноздрин и многие другие известные своей молитвенной жизнью архиереи и священники.

Все они горячо почитали и почитают святую Царскую Семью.

Что же заставляет церковных либералов не считаться со словами этих известных всей России пастырей?

Что заставляет их продолжать распространять ложь и клевету о Государе?

Почему эта ложь оказывается созвучной их настроениям?

 

Ритуальная клевета

 

1313562535_41575984_masons400
Наверное, это можно объяснить, вспомнив о том, что преступление совершенное ночью 17 июля в подвале Ипатьевского дома было ритуальным убийством, совершенном сатанистами, чтобы разрушить Православную Империю и стереть с лица земли Русский народ.

Замечательно объяснил в своей брошюре «О ритуальных преступлениях» протоиерей Георгий Городенцев, как клевета и ложь на святого мученика должна связать и сделать соучастниками преступления всех, кто эту ложь принимает.

Мы с вами видели это и в первых лживых сообщениях СМИ о ритуальном убийстве на Пасху сатанистом Оптинских Новомучеников, в том, как убийство в Тверской епархии священника Андрея Николаева вместе с женой и детьми пытались выдать за самоубийство, и в других случаях ритуальных убийств священнослужителей.

Сегодня ритуальная ложь и клевета не сработала.

Народ почитает память Оптинских новомученников, Тверской архиерей назвал смерть отца Андрея и его семьи убийством мучеников, пострадавших за Христа.

Правда о мучениках, почитание их православным народом делает бессмысленными всю ритуальную ворожбу и волхования сатанистов.

Те же, кто повторяет ложь и клевету сами попадают под влияние темной силы.

Клевета и ложь о Царской Семье, которую в начале века принимала значительная часть русского общества и привела к гибели Российской империи.

Со злобной клеветы и чудовищной лжи о Государе, которую распространяли враги России и Православной Церкви, со сплетен о «слабом и безвольном монархе, неспособном управлять страной», которые повторяло все «прогрессивно настроенное общество», начиналась трагедия России в ХХ веке.

«Не прикасайтесь помазанным Моим».

Не случайно прп. Серафим Саровский напоминал в беседах с Мотовиловым о том, что великий грех даже словом осуждения прикасаться к Помазаннику Божию.

Принимая клевету и ложь, осуждая благочестивого Государя, «передовое общество» готовило убийство Царя и Его Августейшей Семьи в подвале Ипатьевского Дома, крушение Державы, братоубийственную войну, голод, мор, гибель миллионов русских людей.

И потому, так невыносимо слышать сегодня эту ритуальную клевету врагов Церкви Христовой из уст тех, кто называет себя православными людьми.

Все, кто после прославления Царской Семьи продолжает повторять ложь, которая стала причиной Русской Трагедии, совершают сугубый грех.

И священники, и миряне.

И грех этот невозможно оправдать либеральными политическими взглядами, симпатиями к февральской революции и демократическому устройству общества.
Любовь сильнее зла

В 1928 году Николай Давыдович Жевахов в своей работе «Причины гибели России» писал о том, что произошло, когда изменники насильно лишили власти Помазанника Божия:

«Россия лишилась Божией Благодати… Свершился акт величайшего преступления, когда-либо бывшего в истории. Русские люди, восстав против Богом дарованного Помазанника, тем самым восстали против самого Бога. Гигантские размеры этого преступления только и могли привести к гигантским результатам и вызвали гибель России».

Николай Давыдович Жевахов в то время одним из первых указал и на вину Правительственного Синода Греко-Российской Православной Церкви, который, находясь в неком помрачении, не решился заступиться за Помазанника Божия:

«Поразительнее всего то, что в этот момент разрушения православной русской государственности, когда руками безумцев насильственно изгонялась благодать Божия из России, хранительница этой благодати Православная Церковь, в лице своих виднейших представителей, молчала.

Она не отважилась остановить злодейскую руку насильников, грозя им проклятием и извержением из своего лона, а молча глядела на то, как заносился злодейский меч над священной Главой Помазанника Божия и над Россией, молча глядит и сейчас на тех, кто продолжает делать свое антихристово дело называясь православным христианином».

Русская Православная Церковь Зарубежом и Русская Православная Церковь Московского Патриархата покаянными молитвами и торжественным прославлением Царской Семьи изгладили этот грех.

Но хотелось, чтобы те, кто сегодня, по словам Жевахова «продолжает делать свое антихристово дело, называясь православными христианами», опомнились и прекратили быть соучастниками ритуальной лжи.

Любовь и молитвы русских людей к Царственным мученикам делают бессильными всю злобу и ложь цареубийц.

Мы вспоминаем пророческие слова из завещания Государя, которое передала всем верным Царевна-мученица Ольга Николаевна: «Отец просит передать всем тем, кто остался Ему предан, и тем, на кого они могут иметь влияние, чтобы они не мстили за Него, так как Он всех простил и за всех молится, и чтобы не мстили за себя и чтобы помнили, что то зло, которое сейчас в мире будет еще сильнее, но что не зло победит зло, а только любовь».

Зло будет увеличиваться.

Но победит не зло, а любовь.

По мере возвращения нашего народа ко Христу Спасителю в сердцах русских людей, несмотря на все усилия врагов, будет во всей полноте восстанавливаться правда о своей истории.

Окончательно потеряет силу ритуальная ложь сатанистов, и в возрожденной России русские люди с благоговением и любовью будут чтить светлые имена святых Царственных мучеников и страстотерпцев; Царя-мученика Николая Александровича, Царицы-мученицы Александры Феодоровны, Светлого Отрока Царевича Алексия, Царевен Ольги, Татианы, Марии, Анастасии.

Да воскреснет Русь Святая молитвами Святых Царственных мучеников и страстотерпцев, всех Святых в земле Российской просиявших, и расточатся врази Ея!

Пресвятая Богородица спаси нас!

Виктор Саулкин, публицист, обозреватель радио «Радонеж»


Песчанская Икона Божией Матери и судьба Российской Империи

1391364845_1
До недавнего времени из Москвы в Донецк ежедневно отправлялся поезд «Донбасс». Он останавливался в городах: Тула, Орел, Курск, Белгород, Харьков. Через 2 с половиной часа после Харькова поезд прибывал в Изюм, потом – в Славянск, Краматорск, Ясиноватую. Конечной точкой был Донецк.Как только весной 2014 года на юго-востоке Украины вспыхнула война, в мировых новостях появился и Изюм, где с самого начала находится штаб так называемой АТО и стоят войска нацгвардии.Изюм – живописный городок на границе Харьковщины и Донбасса, находящийся в 16-ти часах езды от Москвы. Он стоит на горе Кремянец, упомянутой в «Слове о полку Игореве». «О Русская Земля! Ты уже за холмом!» – сказал князь Игорь, когда его дружина перешла эту гору и пошла навстречу своей судьбе.

Там, где вьется река Северский Донец, стоит камень-памятник. Он возвещает о победе Владимира Мономаха над половцами.

В изюмском музее хранится Золотое Евангелие – подарок Петра Великого. Во время Азовских походов и войны со шведами царь три года прожил в Изюме.

Когда Россия отвергла двухглавого орла, именно в Изюме отливались звезды на башни Московского Кремля.

Во время Великой Отечественной войны за Изюм шли жесточайшие бои. С октября 1941 года на протяжении восьми месяцев около Изюма проходила линия фронта. Во время Курской битвы здесь осуществлялась Изюмо-Барвенковская операция, сковавшая немецкие силы. По рассказам ветеранов, это сыграло решающую роль в победе Красной армии на Курской дуге.

Именно здесь, на горе Кремянец, знаменитый советский физик Лев Ландау понял, как осуществить расщепление атома, что в конечном итоге привело к созданию ядерного щита СССР, а впоследствии и России.

Но не только эти, известные многим, события произошли на изюмской земле. Сто лет тому назад случилась таинственная история, которая должна была сыграть решающую роль в судьбе Российской Империи в XX веке. И эта история напрямую связана с Изюмом. Ею начинаются «Воспоминания товарища Обер-прокурора Святейшего Синода князя Николая Давыдовича Жевахова».

***

Бари – Изюм

Италия, начало 1920-х годов. При русском храме Николая Чудотворца в городе Бари живет русский беженец, который лет за двадцать до революции в России принял самое живое участие в строительстве этого храма. Это князь Николай Давыдович Жевахов. Отсюда, из Италии, его горькие думы неустанно устремляются к России.

В условиях скудной беженской доли он ищет возможность напечатать то, что считает жизненно важным для всех русских людей, как и он, потерявших Родину, в великой скорби рассеянных по всему свету. Из Парижа и Белграда, из Берлина и Харбина он влечет внимание русских к Изюму.

Почему же к Изюму, уездному городку Малороссии, с которым он никак лично не связан? Ведь вся жизнь князя Жевахова связана с Киевом, Санкт-Петербургом и родовым полтавским имением Линовица, где, пользуясь гостеприимством князя, писал свои творения Сергей Нилус.

В 1923 году в Берлине выйдет книга Жевахова. С первых страниц она уведет читателя в Изюм, свяжет Изюм с царским дворцом, со Ставкой в Могилеве, с именами Государя и Государыни, а также с целым рядом славных и бесславных исторических лиц.

Он назовет виновников революционной катастрофы, и некоторые из названных ответят ему, стремясь опорочить имя Жевахова и дискредитировать то, во что он свято верил. Это его не остановит. Всю свою оставшуюся жизнь он будет стремиться привлечь внимание русской эмиграции к Изюму.
***

Живое сердце

Изюм, слобода Пески, Свято-Вознесенский собор. Сюда приехал князь Жевахов «послом по особому поручению» в 1915 году. В этом храме бьется живое сердце. Оно чутко слышит и отзывается на любую беду

В этом храме бьется живое сердце. Оно чутко слышит и отзывается на любую беду, на неисцелимые болезни, особенно детские. Этим милостивым, чутким сердцем является старинный образ Песчанской Божией Матери. Эта казачья икона, словно тронутая степным солнцем, неизвестно, когда и кем принесенная в Изюм, была забыта и, по особому откровению, вновь обретена в 1754 году святителем Иоасафом Белгородским.

В благодарность за непостижимые исцеления люди приносили Матери Божией свои дары: цепочки, крестики, кольца и цветы – гладиолусы, георгины, астры. Из принесенных даров для иконы отлили ризу из золота и серебра.

Святитель Иоасаф Белгородский был прославлен при императоре Николае II. Самодержавный голос за его прославление прозвучал впервые от Александра III, который считал, что спасение августейшей семьи во время крушения поезда в Борках в 1888 году случилось благодаря молитвам и заступничеству святителя Иоасафа.

Как и в 1903 году, когда царская семья прибыла на прославление преподобного Серафима, так и в сентябре 1911 года Государь с семьей намеревался приехать на канонизацию святителя Иоасафа, в подготовке которой все они принимали самое сердечное участие. Царская семья уже собиралась выехать из Киева в Белгород, когда произошло убийство премьер-министра П.А. Столыпина. Царь остался на похороны, назначенные на те же самые дни, что и торжества в Белгороде.

Святитель повел его на гору, откуда была видна вся Россия, залитая кровью

Через год после прославления святитель Иоасаф явился некоему военному доктору, полковнику О. Взяв этого верующего человека за руку, святитель повел его на гору, откуда была видна вся Россия, залитая кровью.

«Я содрогнулся от ужаса, – рассказывал полковник членам братства святителя Иоасафа Белгородского. – Не было ни одного города, ни одного села, ни одного клочка земли, не залитого кровью… Я слышал отдаленные вопли и стоны людей, зловещий гул орудий и свист летающих пуль, зигзагами пересекающих воздух; я видел, как переполненные кровью реки выходили из берегов и грозными потоками заливали землю… Картина была так ужасна, что я бросился к ногам святителя, чтобы молить его о пощаде. Но от трепетания сердечного я только судорожно хватался за одежды святителя и, смотря на него глазами, полными ужаса, не мог выговорить ни одного слова. Между тем святитель стоял неподвижно и точно всматривался в кровавые дали, а затем изрек: “Покайтесь… Этого еще нет, но скоро будет…” После этого дивный образ святителя, лучезарный и светлый, стал медленно удаляться от меня и растворился в синеватой дымке горизонта».

Шел 1912 год. Россия, казалось, благоденствовала. Проходили блестящие парады императорской гвардии. Царь производил юнкеров в офицеры. В дворянских усадьбах пели романсы о белой акации. В селах крестьянские девушки водили хороводы. Кутили на ярмарках купцы. Все шло установленным веками порядком.

Кто бы мог поверить, что пройдет всего несколько лет, и на полях войны сложит головы кадровая императорская армия; в Киеве в 52 «чрезвычайках» начнутся террор и убийства; в Казанской губернии чекисты ради «разнообразия» живых людей будут жарить в русских печах! В Государственной исторической библиотеке можно ознакомиться с «Еженедельником чрезвычайных комиссий» революционных лет, на страницах которого какие-нибудь саратовская и одесская, тверская и харьковская «чрезвычайки» со знанием дела обмениваются «опытом»…

Увы, люди в мирные годы не внимали святому праведному отцу Иоанну Кронштадскому, который призывал: «Кайтесь! Кайтесь! Приближается ужасное время, столь ужасное, что вы и представить себе не можете!» Что же удивительного, что никто не поверил военному врачу?

В 1914 году, когда уже бушевала война, полковнику О., в ответ на его горячую молитву о спасении России, снова явился святитель Иоасаф.

«Поздно, – сказал святитель, – теперь только одна Матерь Божия может спасти Россию. Владимирский образ Царицы Небесной, которым благословила меня на иночество мать моя и который ныне пребывает над моею ракою в Белгороде, также и Песчанский образ Божией Матери, что в селе Песках, подле г. Изюма, обретенный мною в бытность мою епископом Белгородским, нужно немедленно доставить на фронт, и пока они там будут находиться, до тех пор милость Господня не оставит Россию. Матери Божией угодно пройти по линиям фронта и покрыть его Своим омофором от нападений вражеских… В иконах сих источник благодати, и тогда смилуется Господь по молитвам Матери Своей».

И снова полковнику никто не поверил. За попытку привлечь внимание к явлению святителя Иоасафа, его чуть не упекли в сумасшедший дом.

Полковнику О. поверил священник, который принимал большое участие в прославлении святителя Иоасафа Белгородского. Это он, отец Александр Маляревский, уважаемый петербургский протоиерей и личный друг отца Иоанна Кронштадского, дал ход этой истории и сам пришел к князю Жевахову.

«Сделать это придется Вам, – сказал он князю Жевахову, благословляя его. – Так и смотрите на это дело, как на миссию, возлагаемую на Вас святителем, Вашим покровителем… Отказываться Вам нельзя… Дело это деликатное, и браться за него нужно с осторожностью… Здесь еще мало верить, а нужно суметь передать свою веру другому. Не всякий это сделает, да не всякому можно и поручить такое дело… У Вас есть придворные связи; подумайте, поищите путей, но мысли сей не оставляйте, ибо дело это Ваше».

Николай Давыдович Жевахов сыграл ключевую роль в подготовке канонизации святителя Иоасафа. В Государственной исторической библиотеке хранится плод его многолетних трудов: четыре тома материалов к канонизации святителя Иоасафа. Поэтому поездка в Ставку с Песчанской иконой была духовно закономерным событием в его жизни.

По дороге в Ставку князь Жевахов узнал от изюмского священника отца Александра Яковлева, что святитель Иоасаф также явился одному блаженному старичку на Песках, «крепко пенял за грехи людские» и велел скорее везти Песчанскую икону к царю на фронт…

***

Взбранная Воевода Святой Руси

Жевахов не знал того, что на фронт, к царю, который только что взял на себя командование русской армией, и его воинству идет не просто сельская икона.

 

Моление свт. Иоасафа перед Песчанской иконой Божией Матери
Моление свт. Иоасафа перед Песчанской иконой Божией Матери

В 1754 году смертельно больной епископ Иоасаф Белгородский объезжает свою епархию – от Курска до Мариуполя – в поисках иконы, явленной ему во сне. И находит ее в Изюме, в местечке Замостье, в ветхом казачьем храме на берегу Донца.Что это за место, где стоял этот храм?

Храм в честь Вознесения Господня был возведен казаками на том самом поле, где в 1111 году Владимир Мономах одержал победу над половцами. На этом поле князь Игорь со своей дружиной стоял лагерем. Не под Полтавой, а именно здесь, на этом самом поле, Петр Великий, проживший в Изюме три года во время Азовских походов, собирался дать битву шведам.

Песчанская икона Божией Матери была обретена на ратном поле древней Руси.

Уже после обретения Песчанской иконы в Изюме был сформирован знаменитый полк императорской армии – изюмские гусары. Они отличились и при взятии Измаила, и в наполеоновских войнах. Полк был награжден серебряными трубами с надписью «Изюмскому полку за оказанную храбрость в 1807 году против французов» и георгиевскими штандартами с надписью: «За отличие при поражении и изгнании неприятеля из пределов России 1812 года».

На помощь царской армии в 1915 году спешила Взбранная Воевода.

Но от внимания князя Жевахова это было как бы сокрыто.

***

«Источник великой благодати для целой страны»

В середине XVIII века на русскую почву сеялись семена вольтерьянства и крамолы, которые так обильно проросли в начале XX века

До того, как он был назначен на Белгородскую кафедру, святитель Иоасаф исполнил важнейшее государственное дело – восстановил после пожара Троице-Сергиеву Лавру, настоятелем которой был. Случившийся в обители преподобного Сергия, Доме Живоначальной Троицы на русской земле страшный пожар имеет глубоко символическое значение. Тогда, в середине XVIII века, на русскую почву сеялись семена вольтерьянства и крамолы, которые так обильно проросли в начале XX века.

Вторым делом государственного значения для архипастыря было установление благопорядка в обширном краю, который простирался от Курска до Мариуполя и назывался Белгородской епархией.

Третьим державным делом святителя Иоасафа было обретение Песчанской иконы Божией Матери. После трех дней молитвы пред только что обретенной иконой, святитель Иоасаф услышал голос: «Сей образ является источником великой благодати для веси сей и для целой страны».

Полтора века после обретения обильно исполнялась первая часть пророчества о святой иконе.

В 1800 году у Песчанской иконы произошло воскрешение мертвого ребенка на глазах его родителей и множества людей. Это событие засвидетельствовано духовенством храма и вошло в акафист Песчанской иконе. Возвратив мальчику жизнь, Божия Матерь наградила его крепостью тела и духа. Он вырос и стал военным. Жизнь полковника Петра Степановича Гелевского, умершего в Санкт- Петербурге в преклонных летах, – это живое свидетельство чуда воскрешения из мертвых.

Чудотворениями и исцелениями Песчанская икона явила себя «источником благодати для веси сей».

В державном же смысле, как «источник благодати для целой страны», Песчанская икона впервые открылась в 1915 году, придя в Ставку к Государю, который за месяц до того принял на себя командование армией.

Песчанская икона и Государь были связаны незримой нитью

Песчанская икона и император Николай II были связаны незримой нитью. В честь коронации Государя жители Изюма каждый год шли с этой иконой крестным ходом из слободы Пески на место обретения образа – в Замостье. Старый казачий храм в Замостье к тому времени был разобран, а на его месте, на берегу Донца, возведена часовня в честь коронации Николая II. Большевики разрушили ее до основания. Но до сих пор в Свято-Вознесенском храме хранится старинный список Песчанской иконы – подарок царской семьи. Вероятно, список был подарен храму к канонизации святителя Иоасафа.

***

Роковое совпадение

В поездке князя Жевахова приняла участие сама императрица Александра Федоровна. Благодаря ее личному распоряжению, осенью 1915 года, ко дню именин цесаревича Алексея, Песчанская икона прибыла в Могилев, где находилась Ставка Верховного Главнокомандующего. Но крестный ход с чудотворным образом Божией Матери не состоялся. В недопущении крестного хода по линии фронта участвовали те же лица, которые через два года дезориентировали и опутали заговором царя.

Будучи отвергнутой, Песчанская икона покинула Ставку 15 декабря 1915 года. Жевахов отвез икону обратно в Изюм.

Внимательное исследование вопроса указало на роковое совпадение. Известный «план Парвуса» по финансированию революции в России целый год был подвержен колебаниям и не имел определенности, то приближался к цели, то расстраивался, как будто история выжидала, куда повернуть.

Наконец, во второй половине декабря 1915 года Парвус был приглашен на важную встречу в Берлине. В МИДе и ведомстве Государственного казначейства Германии Парвусу дали широкие финансовые гарантии для подрывной работы в России.

29 декабря 1915 года начинается масштабное финансирование государственной катастрофы в России и агрессивная компания по деморализации армии. Парвус делает ставку на Ленина.

Едва Песчанская икона покинула Ставку, «красное колесо» истории закрутилось…

Судя по всему, именно Песчанской иконе было предназначено удержать Россию от гибели. Едва Песчанская икона покинула Ставку, «красное колесо» истории закрутилось…

Через полгода после отъезда Песчанской иконы в Ставку прибыла Владимирская икона Божией Матери из Успенского собора Московского Кремля. Она побывала на фронте, она же находилась в Ставке во время отречения Государя. Владимирская икона, стоявшая у колыбели Руси, прошедшая с Россией весь ее исторический путь, пришла, когда судьба страны окончательно определилась. России предстояло взойти на Голгофу…

***

Уход иконы

Краеведческое расследование судьбы Песчанской иконы в XX веке опровергло утверждение князя Жевахова об уходе иконы с афонскими старцами.

Жевахов пишет о том, что икона таинственными путями ушла из Изюма в Европу к неким богоизбранным людям, и явится в свое время.

Как и многие русские беженцы первой волны, князь Жевахов считал, что они «Россию в дорожном унесли мешке». А если вся русская правда ушла с ними, то логично и рождение мифа об уходе из России и Песчанской иконы, в который Жевахов искренно верил.

Ему тяжело было даже подумать о том, что икона, от которой зависела судьба России, может погибнуть от рук большевиков.

Если бы Николай Давыдович Жевахов узнал о реальной судьбе Песчанской иконы, он не смог бы сдержать слез. Он воскликнул бы: «Дивны дела Твои, Господи!»

Икона ушла сокровенно, не сдвинувшись с места, определенного ей святителем Иоасафом

Икона действительно ушла. Но ушла сокровенно, не покидая Изюм и не сдвинувшись с того места, которое было определено ей святителем Иоасафом. Она ушла из памяти людей. И вернулась – целым потоком чудесных исцелений – уже в 80-е годы.

Святитель Зарубежной Руси, архиепископ Иоанн Шанхайский (Максимович), с детства хорошо знал Песчанскую икону. От его родной Адамовки под Славянском до уездного города Изюма 32 километра. Его отец, Борис Иванович Максимович, состоял выборным предводителем изюмского дворянства. Семья Максимовичей жила то в Харькове, то в родовом имении Адамовке. Будущий святитель Иоанн Шанхайский был тогда еще студентом Харьковского Императорского университета.

С высокой долей вероятности можно предположить, что в октябре 1915 года семья Максимовичей провожала Песчанскую икону, отбывающую в Ставку, в Изюме или же в Харькове, где при стечении тысяч верующих перед ней служили на вокзале всенародный молебен.

В проводах Песчанской иконы участвовал и харьковский архиепископ Антоний (Храповицкий), будущий глава Русской Зарубежной Церкви. Это он отправит будущего святителя Иоанна, которого знал еще юным Мишей Максимовичем, из Югославии в Китай.

И сложно поверить, что объехав со своей святительской миссией полмира, имея духовных чад по всему свету, святитель Иоанн Шанхайский в какой-то момент не узнал бы о том, что его родная Песчанская икона находится где-то в Европе. Узнал бы, конечно, если бы она там была.

***

Песчанское знамение

 

Ни на пядь не сдвинувшись со своего места, Песчанская икона явила более, чем чудо. Дерзаю помыслить, что Песчанская икона явила знамение о несбывшемся с царской Россией.

Это знамение явлено в судьбе Свято-Вознесенского храма, для которого словно и не было разрушительного, кровавого, безбожного XX века.

Чтобы осмыслить это, нужно ознакомиться с историей Изюмщины в XX веке. Что происходило в Изюме после возвращения иконы из Ставки в 1915 году? И иностранная интервенция, и гражданская война, и голодомор 1930-х, и всеобщее разграбление и уничтожение храмов.

Когда все вокруг было разрушено, разграблено, разнесено по клочкам, Свято-Вознесенского храма не коснулись ни штык, ни пуля, ни бомба, ни безбожная рука. И даже в самые тяжкие годы «безбожных пятилеток» и войны в храме никогда не прекращалась Божественная Литургия.

Великая Отечественная война кровавой рекой разлилась по этому краю. Буквально в двухстах метрах от Свято-Вознесенского храма проходила линия фронта.

Свято-Возненский храм, возведенный для Песчанской иконы в 1826 году, с его высокой колокольней, являлся самым высоким сооружением в Изюме. Он использовался обеими воюющими сторонами для корректировки огня (линия фронта постоянно менялась, здесь стояли то советские, то немецкие войска). Храм неоднократно бомбили, но ни одна бомба не достигла цели.

Икона была реальной участницей боевых действий. Когда немцы шли в наступление, Песчанскую икону выносили и несли по линии фронта. Старожилы свидетельствовали о том, что после крестного хода немцы отступали, и линия фронта отодвигалась.

Один раз, во время сильной бомбежки, Песчанскую икону пытались вынести из храма, но она вдруг стала настолько тяжелой, что ее не смогли поднять. Когда же бомбежка кончилась, храм остался целым и невредимым, а вот дом, куда хотели унести икону, чтобы спасти ее, оказался разбомбленным.

Когда немцы закидали камнями чудотворный Песчанский источник неподалеку от храма, святая вода раскидала камни…

Родной дом Песчанской иконы остался нетронутым островком «России, которую мы потеряли»

Родной дом Песчанской иконы, со всем его внутренним убранством, остался нетронутым островком «России, которую мы потеряли». Царская Россия до сих пор в нем сокровенно жива. Как это произошло – непостижимо уму.

***

Благословение отца Николая Гурьянова

Еще до того, как в России были опубликованы воспоминания князя Жевахова, всеми почитаемый старец отец Николай Гурьянов открыл России Песчанскую икону.

В 1990-е годы к отцу Николаю Гурьянову из Канады приехал некий человек со списком Песчанской иконы. Именно с Песчанской иконой, скажет старец, надо облететь границы России. Нужно обходить Россию с Песчанской иконой крестными ходами. Песчанский образ нужно иметь в каждом доме. Еще старец говорил, что подлинник иконы сохранился и надо обязательно найти его.

В 1999 году Песчанская икона (список из Канады) специальным рейсом облетела границы России. После совершения этого крестного хода закончились годы разрухи, в Россию пришла стабильность. Россия как бы обрела силу, стала крепнуть, подыматься.

Возможно, это совпадение, но тот самолет не пролетал над Чечней, где вскоре вспыхнула война. Также миновал Мурманск, где вскоре произошла трагедия с подлодкой «Курск». Но позже икона все-таки побывала в Чечне: настоятель одного из московских храмов во время войны восемь раз возил туда список Песчанской иконы.

Во исполнение благословения отца Николая Гурьянова, начиная с Волгограда, в России стали совершаться крестные ходы с Песчанской иконой.

Однажды, когда крестный ход приближался к Иоанно-Богословскому монастырю в Рязани, некоей женщине был сон. Она увидела, что идет крестный ход с удивительной иконой, которую несут военные, но военные не нашего времени. Икону Божией Матери несут офицеры и солдаты императорской армии. Женщина ничего не знала ни о Песчанской иконе, ни об истории князя Жевахова, ни о том, что крестный ход действительно идет сейчас по их рязанским дорогам…

Где же все-таки находится подлинник Песчанской иконы?

Песчанская икона Божией Матери находится в городе Изюме – не список, не копия, а подлинник. Это та самая икона, которая могла остановить Первую мировую войну и сохранить Российскую Империю от катастрофы 1917 года.

Сейчас, через 100 лет, смута снова стоит на пороге Земли Русской. И так же, как и 100 лет назад, Песчанская икона Божией Матери стоит на страже духовного единства Святой Руси. Она ждет наших молитв к ней.

Ника Юферева


Песчанская Икона Божией Матери. Рассказ о таинственном событии столетней давности

99150

До недавнего времени, из Москвы в Донецк ежедневно отправлялся поезд «Донбасс».

Он останавливался в городах: Тула… Орел… Курск… Белгород… Харьков… через 2,5 часа Изюм… через полчаса Славянск… Краматорск… Дружковка… Ясиноватая… Донецк.

Как только весной 2014 года в Славянске и Краматорске вспыхнула война, в мировых новостях появился и Изюм, где с самого начала стоят украинские войска нацгвардии и находится штаб-квартира так называемой АТО.

Изюм – живописный городок на границе Харьковщины и Донбасса, в 16 часах езды от Москвы.

Он стоит на горе Кремянец, упомянутой в «Слове полку Игореве». «О Русская Земля! Ты уже за холмом!» – сказал князь Игорь, когда его дружина перешла эту гору и пошла навстречу своей судьбе.

Там, где вьется река Северский Донец, камень-памятник возвещает о победе Владимира Мономаха над половцами.

Золотое Евангелие – подарок Петра Великого – хранится в изюмском музее. Во время азовских походов и войны со шведами царь три года прожил в Изюме.

Когда Россия отвергла двухглавого орла, именно в Изюме отливались звезды на башни Московского Кремля.

Во время Великой Отечественной войны Изюм являлся ареной жесточайших боев. С октября 1941 года на протяжении восьми месяцев здесь проходила линия фронта.

Во время Курской битвы осуществлялась Изюмо-Барвенковская операция, которая сковала силы противника.

По рассказам ветеранов, это сыграло решающую роль в победе на Курской дуге.

В Изюме, на Кремянце, знаменитому советскому физику Льву Ландау пришла в голову мысль о том, как осуществить расщепление атома, что в итоге привело к созданию ядерного щита СССР и потом России.

Изюм. Что же это за весь, которая играет таинственную роль в судьбах нашего многострадального Отечества, и в то же время остается практически неизвестной?

100 лет тому назад произошла таинственная история, которая была связана именно с Изюмом, и была призвана сыграть решающую роль в судьбе Российской Империи. Ею начинаются «Воспоминания Товарища Обер-Прокурора Св.Синода князя Николая Давыдовича Жевахова».

БАРИ-ИЗЮМ.

Италия, начало 1920-х годов. В городе Бари, при русском храме Николы Угодника, живет русский беженец, который лет за двадцать до революции принял самое живое участие в строительстве этого храма. Отсюда, из Италии, он неотступно уносит свои горькие мысли в Изюм.

В условиях скудной беженской доли, он ищет возможность напечатать то, что считает жизненно важным знать всем русским людям – таким же, как он, потерявшим родину беженцам, которые в великой скорби рассеивались тогда по всему свету.

Из Парижа и Белграда, из Берлина и Харбина, он влечет внимание русских к Изюму.

Почему к Изюму – уездному городку Малороссии, с которым он никак лично не связан? Вся жизнь князя Жевахова связана с Киевом, С.-Петербургом и родовым полтавским имением Линовица, где, пользуясь его гостеприимством, писал свои творения Сергей Нилус.

В 1923 году в Берлине выйдет книга Жевахова.

С первых страниц она уведет читателя в Изюм; свяжет Изюм с царским дворцом, с Царской Ставкой в Могилеве, с именами царя и царицы, и целым рядом славных и бесславных исторических лиц.

Он назовет виновников катастрофы, и некоторые из них в эмиграции ответят ему, стремясь опорочить князя Жевахова и дискредитировать то, во что он свято верил. Это его не остановит. Всю свою оставшуюся жизнь он будет влечь внимание русской эмиграции к Изюму.

ЖИВОЕ СЕРДЦЕ.

Изюм, слобода Пески, Свято-Вознесенский собор. Сюда приехал князь Жевахов «послом по особому поручению» в 1915 году.

В этом храме бьется живое сердце. Оно чутко слышит и отзывается на всякого рода беды, на неисцельные болезни, особенно детей.

В благодарность за непостижимые исцеления, люди везут ему цепочки, крестики и простые местные цветы: гладиолусы, георгины и астры.

Даров за помощь стало так много, что из них вылили ризу из серебра и золота. Чутким сердцем является старинный образ Песчанской Божией Матери.

Это казачья икона, словно тронутая степным солнцем, неизвестно кем и когда принесенная в Изюм, на берег Северского Донца, забытая и, по особому откровению, обретенная в 1754 году Святителем Иоасафом Белгородским. Святитель Иоасаф Белгородский был прославлен императором Николаем II.

Самодержавный голос за его прославление прозвучал впервые от Александра III, который считал спасение царского поезда в Борках в 1888 г. помощью свыше, а именно – заступничеством Святителя Иоасафа.

Как в 1903 году Царская Семья прибыла на прославление преподобного Серафима, так и в сентябре 1911 года намеревалась приехать на канонизацию Святителя Иоасафа, в подготовке которой приняла самое сердечное участие.

Царская Семья уже собиралась выехать из Киева в Белгород, как вдруг произошло убийство премьер-министра П.А.Столыпина.

Царь остался на похороны, назначенные на те же самые дни, что и торжества в Белгороде.

Через год после прославления, Святитель Иоасаф явился некоему военному доктору, полковнику О.

Взяв этого верующего человека за руку, Святитель повел его на гору, откуда открывалась залитая кровью Россия.

«Я содрогнулся от ужаса, – рассказывал полковник членам Братства Святителя Иоасафа Белгородского. – Не было ни одного города, ни одного села, ни одного клочка земли, не покрытого кровью… Я слышал отдаленные вопли и стоны людей, зловещий гул орудий и свист летающих пуль, зигзагами пересекающих воздух; я видел, как переполненные кровью реки выходили из берегов и грозными потоками заливали землю…

Картина была так ужасна, что я бросился к ногам Святителя, чтобы молить Его о пощаде. Но от трепетания сердечного я только судорожно хватался за одежды Святителя и, смотря на Угодника глазами, полными ужаса, не мог выговорить ни одного слова.

Между тем Святитель стоял неподвижно и точно всматривался в кровавые дали, а затем изрек мне: «Покайтесь… Этого еще нет, но скоро будет»… После этого дивный облик Святителя, лучезарный и светлый, стал медленно удаляться от меня и растворился в синеватой дымке горизонта».

Шел 1912 год. Россия, казалось, благоденствовала. Проходили блестящие парады императорской гвардии. Царь производил юнкеров в офицеры.

В дворянских усадьбах пели под рояль романсы о белой акации. В селах крестьянские девушки водили хороводы. Кутили на ярмарках купцы. Все шло установленным веками порядком.

Кто бы мог поверить, что пройдет всего два-три года, и на полях войны сложит головы кадровая императорская армия. В Киеве в 52 чрезвычайках начнутся террор и убийства.

Поставят в очередь на смерть: впереди стоящему ломом проломят голову, а следующего заставят съесть мозги. В Казанской губернии чекисты ради «разнообразия» живых людей будут жарить в русских печах.

В Гос.Исторической библиотеке можно познакомиться с «Еженедельником чрезвычайных комиссий» революционных лет, на страницах которого какие-нибудь саратовская и одесская, тверская и харьковская чрезвычайки со знанием дела обмениваются «опытом».

Там можно встретить и по злому умные статьи о целесообразности массового террора относительно индивидуального, и проч., c целью изменения облика православно-христианского государства.

Не внимали праведному отцу Иоанну Кронштадскому, который призывал: «Кайтесь! Кайтесь! Приближается ужасное время, столь ужасное, что вы и представить себе не можете!»

Что же удивительного, что никто не поверил военному врачу.

В 1914 году, когда уже бушует война, полковнику О., уже на фронте, на его горячую молитву о спасении России, снова является Святитель Иоасаф.

«Поздно, – сказал Святитель, – теперь только одна Матерь Божия может спасти Россию. Владимирский образ Царицы Небесной, которым благословила меня на иночество мать моя и который ныне пребывает над моею ракою в Белгороде, также и Песчанский образ Божией Матери, что в селе Песках, подле г.Изюма, обретенный мною в бытность мою епископом Белгородским, нужно немедленно доставить на фронт, и пока они там будут находиться, до тех пор милость Господня не оставит Россию.

Матери Божией угодно пройти по линиям фронта и покрыть его Своим омофором от нападений вражеских… В иконах сих источник благодати, и тогда смилуется Господь по молитвам Матери Своей».

И снова полковнику никто не поверил. За попытку привлечь внимание к явлению Святителя Иоасафа, его упекли в сумасшедший дом.

Полковнику О. поверил священник, который принял большое участие в прославлении Святителя Иоасафа Белгородского. Это он, – отец Александр Маляревский, маститый петербургский протоиерей и личный друг о.Иоанна Кронштадского, – дал ход этой истории и сам пришел к князю Жевахову.

«Сделать это придется Вам, – благословил он князя Жевахова. – Так и смотрите на это дело, как на миссию, возлагаемую на Вас Святителем, Вашим Покровителем… Отказываться Вам нельзя… Дело это деликатное, и браться за него нужно с осторожностью…

Здесь еще мало верить, а нужно суметь передать свою веру другому. Не всякий это сделает, да не всякому можно и поручить такое дело… У Вас есть придворные связи; подумайте, поищите путей, но мысли сей не оставляйте, ибо дело это Ваше»…

Жевахов был ключевым лицом в подготовке канонизации Святителя Иоасафа. В Гос.Исторической библиотеке хранится его скурпулезный труд: 4 тома материалов к канонизации Святителя Иоасафа, над которыми он трудился шесть лет.

Поэтому поездка в Ставку с Песчанской иконой явилась духовно закономерным событием в его жизни.

По дороге в Ставку князь Жевахов узнает от изюмского священника о.Александра Яковлева, что Святитель Иоасаф также явился одному блаженному старичку на Песках, «крепко пенял за грехи людские», и велел скорее везти Песчанскую икону к царю на фронт…

ВЗБРАННАЯ ВОЕВОДА СВЯТОЙ РУСИ.

Жевахов не знал того, что на фронт Первой Мировой войны, к царю, который только взял на себя командование армией, и воинству, идет не просто сельская икона.

В 1754 году, смертельно больной епископ Иоасаф Белгородский объезжает на лошадях свою епархию – от Курска до Мариуполя – в поисках иконы, явленной ему во сне. И находит ее в Изюме, в местечке Замостье, в ветхом казачьем храме на берегу Донца.

Что это за место, где стоял этот храм?

Храм в честь Св.Вознесения был возведен казаками на том самом поле, где в 1111 году Владимир Мономах одержал победу над половцами. На этом поле князь Игорь со своей дружиной стоял лагерем.

Не под Полтавой, а именно здесь, на этом самом поле, Петр Великий (три года он прожил в Изюме во время Азовских походов) думал дать битву шведам.

Песчанская икона Божией Матери была обретена на ратном поле древней Руси.

Уже после обретения Песчанской иконы в Изюме сформировался знаменитый полк императорской армии – изюмские гусары. Они отличились и при взятии Измаила, и в наполеоновских войнах.

Полк был награжден серебряными трубами с надписью «Изюмскому полку за оказанную храбрость в 1807 году против французов», и георгиевскими штандартами с надписью: “За отличие при поражении и изгнании неприятеля из пределов России 1812 года”.

В помощь царской армии в 1915 году спешила Взбранная Воевода.

Но от внимания князя Жевахова это было как бы сокрыто.

«ИСТОЧНИК ВЕЛИКОЙ БЛАГОДАТИ ДЛЯ ЦЕЛОЙ СТРАНЫ».

До назначения на Белгородскую кафедру, Святитель Иоасаф исполнил важнейшее государственное дело – восстановил после пожара Троице-Сергиеву Лавру, которой был настоятелем.

Страшный пожар обители преподобного Сергия – Дома Живоначальной Троицы на русской земле, куда даже цари ходили пешими, – имеет глубоко символическое значение. Тогда, в середине XVIII века, на русскую почву сеялись зерна вольтерьянства и крамолы, которые так обильно проросли в начале XX века.

Вторым делом государственного значения было установление благопорядка в обширном краю, который простирался от Курска до Мариуполя и назывался Белгородской епархией.

Третьим державным делом Святителя Иоасафа было обретение Песчанской иконы Божией Матери. После трех дней молитвы пред только обретенной иконой, Святитель Иоасаф слышит голос:

«Сей образ является источником великой благодати для веси сей и для целой страны».

Полтора века после обретения обильно исполнялась первая часть пророчества о святой иконе.

В 1800 году у Песчанской иконы произошло воскрешение мертвого ребенка на глазах его родителей и множества людей. Это событие засвидетельствовано духовенством храма и вошло в акафист Песчанской иконе.

Возвратив мальчику жизнь, Божия Матерь наградила его крепостью тела и духа. Он вырос и стал императорским военным. Живым свидетельством чуда воскрешения из мертвых, полковник Петр Степанович Гелевский дожил в С.-Петербурге до глубокой старости.

Чудотворениями и исцелениями Песчанская икона явила себя «источником благодати для веси сей».

В державном же смысле, как «источник благодати для целой страны», Песчанская икона впервые открылась в 1915 году, придя в Ставку к Государю, который за месяц до того принял на себя командование армией.

Песчанская икона и Государь были связаны незримой нитью.

В честь коронации Николая II жители Изюма установили Крестный ход с Песчанской иконой.

Каждый год, как бы благословляя путь будущего царя-мученика, Песчанская икона возвращалась Крестным ходом на место своего обретения – из слободы Пески в Замостье. Это километра два пути.

Старенький казачий храм в Замостье был разобран, а на его месте, на берегу Донца, возведена часовня в честь коронации Николая II. Большевики ее разрушили до основания.

Но до сих пор в Свято-Вознесенском храме хранится старинный список Песчанской иконы – подарок Царской Семьи, вероятно, к канонизации Святителя Иоасафа.

РОКОВОЕ СОВПАДЕНИЕ.

Шла осень 1915 года, когда Крестный ход с Песчанской иконой по боевой линии не состоялся. Даже несмотря на то, что Песчанская икона была доставлена в могилевскую Ставку при участии Императрицы Александры Федоровны.

И даже несмотря на то, что Песчанская икона незапланированно прибыла в Ставку ко дню именин Наследника.

В недопущении Крестного хода с Песчанской иконой по линии фронта участвовали те же лица, которые через два года дезориентировали и опутали заговором царя.

Будучи отвергнутой, Песчанская икона незаметно покинула Ставку 15 декабря 1915 года. Жевахов приехал и отвез икону обратно в Изюм.

Внимательное исследование вопроса указало на роковое совпадение. Известный «план Парвуса» по финансированию революции в России колебался целый год, не имел определенности, и то приближался к цели, то расстраивался. Как будто история выжидала, куда повернуть.

Парвус был приглашен на важную встречу в Берлине во второй половине декабря 1915 года.

В МИДе и ведомстве Государственного казначейства Парвусу дали широкие финансовые гарантии для подрывной работы в России.

29 декабря 1915 года, начинается масштабное финансирование государственной катастрофы в России и агрессивная компания по деморализации армии. Парвус делает ставку на Ленина.

Едва Песчанская икона покинула Ставку, «красное колесо» истории закрутилось…

Через полгода после отъезда Песчанской иконы в Ставку прибыла Владимирская икона Божией Матери из Успенского собора Московского Кремля. Она побывала на фронте и находилась в Ставке во время отречения Государя.

Сколько в Российской Империи было чудотворных икон, тогда еще не тронутых безбожной рукой, но именно Песчанской иконе было предназначено удержать Россию от гибели.

Владимирская икона, стоявшая у колыбели Руси, прошедшая с Россией весь ее исторический путь, пришла, когда судьба страны окончательно определилась. России предстояло взойти на Голгофу…

УХОД ИКОНЫ.

Краеведческое расследование судьбы Песчанской иконы в XX веке опровергло утверждение князя Жевахова об уходе иконы с афонскими старцами.

Жевахов пишет о том, что икона таинственными путями ушла из Изюма в Европу к неким богоизбранным людям, и явится в свое время…

Как и многие русские беженцы первой волны, Жевахов считал, что они «Россию в дорожном унесли мешке». А если вся русская правда ушла с ними, то и невольное рождение мифа, в который Жевахов искренно верил, логично: Песчанской иконе тоже путь за ними на чужбину.

Ему было тяжело даже мысль допустить о том, что судьбоносная для России икона может погибнуть от рук большевиков.

Если бы Николай Давыдович Жевахов узнал о реальной судьбе Песчанской иконы, он не смог бы сдержать слез. Он воскликнул бы: «Дивны дела Твои, Господи!»

Икона действительно ушла. Но ушла она сокровенно, никогда не покинув Изюм, и не сдвинувшись с того места, которое было определено ей Святителем Иоасафом Белгородским.

Она ушла из памяти людей как великая святыня. И вернулась – целым потоком чудесных исцелений – уже в 1980-е годы.

Святитель Зарубежной Руси, архиепископ Иоанн Шанхайский (Максимович), с детства хорошо знал Песчанскую икону. От его родной Адамовки (под городом Славянском) до уездного города Изюма – 32 километра. Его отец, Борис Иванович Максимович, состоял выборным предводителем изюмского дворянства.

Семья Максимовичей жила то в Харькове, то в родовом имении Адамовке. Святитель Иоанн Шанхайский был тогда еще студентом Харьковского Императорского университета.

С высокой долей вероятности можно предположить, что в октябре 1915 года семья Максимовичей провожала Песчанскую икону, которая уезжала в Ставку, в Изюме. Или же в Харькове, где, при огромном стечении народа, Песчанской иконе служили прямо на вокзале всенародный молебен.

В проводах Песчанской иконы в Ставку участвовал и харьковский архиепископ Антоний (Храповицкий) – будущий глава Русской Зарубежной Церкви. Это он отправит будущего Святителя Иоанна Шанхайского, которого знал еще юным в Харькове юным Мишей Максимовичем, из Югославии в Китай.

Объехав со своей святительской миссией полмира, имея духовных чад по всему свету, неужели Святитель Иоанн Шанхайский никогда бы не узнал о том, что его родная Песчанская икона таинственными путями ушла из Изюма и находится где-то в Европе?

ПЕСЧАНСКОЕ ЗНАМЕНИЕ.

Ни на пядь не сдвинувшись со своего места, Песчанская икона явила более, чем чудо. Дерзаю помыслить, что Песчанская икона явила знамение о несбывшемся с царской Россией.

Это знамение явлено в судьбе Свято-Вознесенского храма, для которого словно и не было совсем разрушительного, кровавого, безбожного XX века.

Чтобы осмыслить это, нужно ознакомиться с историей Изюмщины в XX веке. Что происходило в Изюме после возвращения иконы из Ставки в 1915 году?

И иностранная интервенция; и гражданская война; и голодомор 1930-х; и тотальное разграбление и уничтожение храмов.

Когда все вокруг было разрушено, разграблено, разбомблено, разнесено по клочкам, которых не сыщешь, Свято-Вознесенского храма не коснулся ни штык, ни пуля, ни бомба, ни безбожная рука.

И даже в самые тяжкие годы «безбожных пятилеток» и войны в храме никогда не прекращалась Божественная Литургия.

Великая Отечественная война буквально кровавой рекой прошла по этому краю. В 200 метрах от Свято-Вознесенского храма проходила линия фронта.

Свято-Возненский храм, возведенный для Песчанской иконы в 1826 году, с его высокой колокольней, являлся самым высоким сооружением в Изюме.

Он использовался обеими воюющими сторонами для корректировки огня (линия фронта постоянно менялась, здесь были то наши, то немцы). Храм неоднократно бомбили, но ни одна бомба не достигла цели.

Песчанская икона была реальной участницей боевых действий.

Когда немцы шли в наступление, Песчанскую икону выносили и несли по линии фронта.

Старожили свидетельствовали о том, что после Крестного хода немцы отступали и линия фронта отодвигалась.

Один раз, во время сильной бомбежки, Песчанскую икону пытались вынести из храма, но она вдруг стала такая тяжелая, что не смогли ее поднять.

Когда же бомбежка кончилась, храм остался целым и невредимым, а вот дом, куда хотели унести икону ради ее спасения, оказался разбомбленным.

Когда немцы закидали камнями чудотворный Песчанский источник, неподалеку от храма, святая вода раскидала камни…

Родной дом Песчанской иконы, со всем его внутренним убранством, остался нетронутым островком «России, которую мы потеряли».

Царская Россия до сих пор в нем сокровенно жива. Как это произошло – непостижимо уму.

БЛАГОСЛОВЕНИЕ О.НИКОЛАЯ ГУРЬЯНОВА.

Еще до того, как в России были опубликованы воспоминания князя Жевахова, всеми почитаемый старец о.Николай Гурьянов открыл России Песчанскую икону.

В 1990-е годы к о.Николаю Гурьянову из Канады приехал некий человек со списком Песчанской иконы.

В те же годы в Изюм, настоятелю Свято-Вознесенского храма на Песках, пришло письмо из Канады, что дедушка наш был священнослужителем вашего храма, большевики ему ноги обрубили и живым закопали… Связаны ли эти два факта, неизвестно.

Именно с Песчанской иконой, скажет отец Николай Гурьянов, надо облететь границы России. Нужно обходить Россию с Песчанской иконой крестными ходами. Песчанский образ нужно иметь в каждом доме. И обязательно найти подлинник.

В 1999 году Песчанская икона (список из Канады) специальным рейсом облетела границы России. После совершения этого крестного хода закончились годы разрухи, в Россию пришла стабильность на много лет. Россия как бы обрела силу, стала крепнуть, подыматься.

Возможно, это совпадение, но в тот воздушном крестном ходу самолет миновал Чечню, где вскоре вспыхнула война.

Также миновал Мурманск, где вскоре произошла трагедия с подлодкой «Курск».

Но священник, настоятель одного из московских храмов, восемь раз возил список Песчанской иконы в Чечню во время войны.

Во исполнение благословения о.Николая Гурьянова, начиная с Волгограда, в России стали совершаться крестные ходы с Песчанской иконой.

Однажды, когда крестный ход приближался к Иоанно-Богословскому монастырю в Рязани, некоей женщине был сон.

Она увидела, что идет крестный ход с удивительной иконой, которую несут военные, но военные не нашего времени. Икону Божией Матери несут офицеры и солдаты императорской армии.

Женщина ничего не знала ни о Песчанской иконе, ни об истории князя Жевахова, и ни о том, что крестный ход действительно идет сейчас по их рязанским дорогам….

Где же подлинник Песчанской иконы?

Песчанская икона Божией Матери в г.Изюме – не список, не копия, а подлинник. Это та самая икона, которая была предназначена остановить Первую Мировую войну и сохранить Российскую Империю от катастрофы 1917 года.

И вот, через 100 лет, снова смута стоит на пороге русской земли. И также, как и 100 лет назад, Песчанская икона Божией Матери стоит на страже духовного единства Святой Руси.

Она ждет наших молитв к ней.

Ника Юферева, участница изюмского краеведческого поиска о судьбе Песчанской иконы.

Москва-Изюм, 18 октября 2014 г.

Далее


Начата работа

19 октября 2012 года, в день воспоминания уверения Апостола Фомы, начата работа над сайтом, посвященном личности и творчеству человека, имя которого принадлежит будущему России, князю Николаю Давыдовичу Жевахову. То, что оставлено им НАМ, тяжело понять даже сегодня, в 2012 году, хотя писались его “Воспоминания” более 90-ти лет назад. Но, тем не менее, каждый человек, который рано или поздно придет к осознанию своей духовной принадлежности к русской культуре и русской цивилизации, будет вынужден переоценить еще раз случившееся в 1917 году, роль Николая 2 и его мученической смерти в нашей истории, весь русский 20 век. И самый короткий путь к этому осознанию – через оставленные кн. Жеваховым “Воспоминания”, оставленные одним из немногих, не изменивших клятве Престолу …