О МОНАРХИИ

345104_600

 

Возможна ли в России монархия?

Павел Эдуардович, подозреваю, что Вас часто в России спрашивают о монархии?

– Все время.

– И что же Вы отвечаете?

– Все зависит от того, что и как спрашивают.

Вопросы задают самые разные.

Некоторые спрашивают, верю ли я, что монархия вновь будет в России?

Другие спрашивают, что я думаю о тех, кто представляет собой сегодня монархистов в России?

Третьи спрашивают более прямо: как Вы считаете, что надо сделать, чтобы вновь вернуться к монархии в России?

Это все очень разные вопросы.

И ответы на них тоже очень разные.

Наверное, все-таки, самый важный из них – первый. Поэтому хотел бы спросить Вас: верите ли Вы и хотели ли бы Вы, чтобы в России возродилась монархия?

– Если Вы меня спрашиваете именно так, то я отвечу: да, я хотел бы увидеть это сбывшимся.

А вот если Вы спросите: верю ли я, – то это более сложный вопрос.

Я надеюсь, что со временем это произойдет в России. Но когда – в течение 10-ти лет? Может 50-ти лет? Может 100 лет? Есть одна возможность, что это все-таки произойдет.

– Какая же? – затаив дыхание, спросил я.

– Я могу верить, что это произойдет как чудо! И тогда это может случиться чудесным образом и завтра.

– Позвольте и мне поделиться с Вами мыслями на эту тему.

В возможности возрождения монархии меня убеждает как раз непредсказуемость самой нашей истории.

Меня, как ни странно, убеждает обратный пример.

Вот при Советской власти никто не верил, что у нас в стране может быть американская «демократия».

Если мне кто-то тогда сказал бы об этом, я бы ни за что и никогда не поверил.

Такой «демократии» у нас никогда не было, и она появилась неизвестно откуда.

А вот самодержавие у нас было почти тысячу лет и оно не могло исчезнуть в один миг после 1917 года.

И значит, его куда легче возродить, чем не бывшую никогда демократию.

– Вот такое внезапное появление я и называю чудом.

Я не думаю, что это можно спланировать.

И думаю, что нельзя сказать: сделайте то и то, и это через 5 лет позволит нам возродить монархию.

Так что единственное, что надо сделать, это сказать, что Вы бы хотели иметь монархию, что Вы верите, что это произойдет когда-нибудь в России.

Я это и говорю.

Монархия – это то, о чем я мечтаю.

А вот если верить действительно сильно, то это может и произойти на самом деле.

Я думаю точно также как и Вы. Царь – это русская мечта.

Нам не нужно думать,  реально или нереально возрождение монархии?

Пусть нынешняя реальность может даже убедить, что это – нереально.

Но тем не менее нужно обязательно верить, и тогда наша вера воздействует на реальность, вера родит чудо, по вере нашей Господь сотворит чудо.

Я считаю, что определение национальности «русский» обязательно включает в себя веру в царя.

Русский – тот, кто верит, что в России будет царь.

Это не требует никакого обоснования и объяснения. Это качество русской души.

Как говорили у нас на Руси: у него нет царя в голове. Это самое страшное.

Поэтому сейчас надо возродить «царя в голове».

Надо возвести царя на престол в нашем сердце.

А потом он будет возведен на престол и в Успенском соборе Московского кремля.

Вопросы Павла Эдуардовича Куликовского-Романова

Павел Эдуардович, которого я в этот день, пользуясь его добрым расположением, столько «мучил» вопросами, в конце задал и мне несколько вопросов.

Я хотел бы также Вас спросить. 17 июля – день убиения царской семьи.

Как Вы считаете, это – праздник или нет?

Вопрос не простой.

– Павел Эдуардович, это праздник со слезами на глазах. Причем, с покаянными.

Следующий вопрос был о Великом Князе Михаиле Александровиче.

Оказалось, что Павел Эдуардович знает о двух конференциях в Санкт-Петербурге, которые мы проводили в прошлом и в этом году.

Я рассказал ему подробнее о них.

И спросил у него причину его интереса к брату Царя-Мученика.

– Великий Князь Михаил Александрович из всех детей Императора Александра больше других остался в тени.

Он единственный, могила которого и останки до сих пор не найдены.

В моем сердце он – как без вести пропавший.

И что мы можем сделать? Сначала возвратить память о нем, вызвать интерес к его личности.

И когда что-то начнет двигаться, появятся время, деньги, люди и поиски будут на серьезном уровне.

Тогда можно будет установить место его погребения, найти останки и достойно похоронить.

– Вы были в Перми?

– Нет. Поэтому я и хотел бы иметь какие-то контакты с людьми, которые занимаются почитанием и прославлением Михаила Александровича в Перми.

Может быть, на будущий год посетить Пермь.

Может быть, мой приезд стимулирует интерес к нему.

– Да у Михаила Александровича нет прямых потомков.

Вы один из его близких родственников – правнучатый племянник. Это Ваш родственный и исторический долг.

Для меня образ Михаила Александровича особенно важен тем, что он, хотя, может быть, и совершил ошибку, не приняв верховную власть 3 марта 1917 года, однако его Манифест сегодня дает вполне легитимную возможность восстановления монархии.

Нельзя говорить, что он отрекся.

Его формулировку о готовности воспринять власть в случае поддержки народа никто не отменял, но никто и не исполнил, и она, стало быть, остается в силе и дает нам надежду. Собрание не было собрано, народу не дали сказать слово.

Вот здесь и есть зацепка, которая позволяет поставить вопрос о созыве такого собрания, на котором дать народу слово.

Это самый легитимный и программируемый образ восстановления монархии.

 

http://www.pokaianie.ru/guestbook


Comments are closed.