Самодержавие духа: митрополит Иоанн (Снычев)

200x320

“Как бы ни была громадна власть государственная, она утверждается ни на чем ином, как на единстве духовного самосознания между народом и правительством, на вере народной: власть подкапывается с той минуты, как начинается раздвоение этого, на вере основанного сознания”, – писал Константин Петрович Победоносцев, предупреждая общество о возможных страшных последствиях “расцерковления” русского самосознания  – “На правде основана всякая власть, и поелику правда имеет своим источником и основанием Всевышнего Бога и закон Его, в душе и совести каждого естественно написанный, – то и оправдывается в своем глубоком смысле слово: несть власть, аще не от Бога…” (Рим. 13:1).

Знаменитый обер-прокурор Святейшего Синода, пользовавшийся полным доверием и поддержкой монарха, Победоносцев приложил немало сил, чтобы остановить сползание России в пропасть. “Великое и страшное дело – власть, – пытался втолковать он осуетившемуся обществу, – потому что это дело священное… Власть – не для себя существует, но ради Бога, и есть служение, на которое обречен человек. Отсюда и безграничная, страшная сила власти, и безграничная, страшная тягота ее”. Неспособная понять высоту и важность предлагавшегося ей поучения, “либеральная общественность” возненавидела Победоносцева, клеймя его “реакционером” и “мракобесом”. “В каком невежестве и в какой дикости ума растет и развивается эта масса недоучек или пролетариев науки, – сокрушался он, – воспитанная на статьях либеральных газет, на нелепых прокламациях, на подпольных памфлетах, на слухах и сплетнях, из уст в уста передающихся…”.

Не желая отступать перед чернью, Победоносцев сражался за Россию до конца. ” Мне ставится в вину дело, – писал он Николаю II, – которое я считаю в нынешнее время самым важным и нужным для России делом, – ибо в народе вся сила государства, и уберечь народ от невежества, от дикости нравов, от разврата, от гибельной заразы нелепых возмутительных учений – можно только посредством Церкви…”.  В своей борьбе Константин Петрович не был одинок, но – мало, ох, мало было у него соратников. Одним из них – выдающимся во всех отношениях – стал Лев Александрович Тихомиров. Участник заговора против Александра II, террорист, известный в подполье под кличкой “Тигрыч”, приятель Желябова, Лаврова и Плеханова, без пяти минут жених Софьи Перовской, беглец, эмигрировавший из России, спасаясь от полиции, – он неожиданно раскаялся, был прощен Александром III и, вернувшись на родину, превратился в крупнейшего теоретика монархизма, редактора самой монархической газеты России – “Московских ведомостей″, советника Столыпина.  “Вопрос сегодня стоит так: возрождение или гибель”, – писал Тихомиров, предупреждая общество о существовании могущественных сил, заинтересованных в разрушении России. “Еще в 1879-1881 годах, – говорил он, – я, переживая жизнь заговорщика, почувствовал, что мы все…, воображая делать все по-своему, действуем, однако, словно пешки… в виду достижения цели не нашей, а какой-то нам неизвестной… Я уже давно не мог отрешиться от ощущения какой-то всесильной руки, нами двигающей…”.

Осознание спасительной роли Церкви пришло к Тихомирову позже, “впоследствии, когда мой хаос мыслей начал улегаться и я действительно… отрекся от старых нелепых идеалов, стал христианином, понял цели жизни личной, а потому и социальной…”. С этого момента бывший народоволец-террорист превратился в православного патриота, национально мыслящего приверженца традиционного российского самодержавия. До самой смерти (он умер в 1923 году, пережив кошмар революции гражданскую войну) не перестал Тихомиров утверждать, что русский идеал требует “не разрушать общество, а хранить его улучшать, вести по возможности к совершенству”, что такое совершенство – “не разделение, а союз: союз людей с Богом, Государства с Церковью и братский союз людей между собой″.

В последние десятилетия перед революцией немногие уже понимали это во всей полноте и определенности. “Молиться надо – писал в 1901 году русский духовный писатель Сергей Александрович Нилус. – Что-то грозное, стихийное, как тяжелые свинцовые тучи, навалилось непомерною тяжестью над некогда светлым горизонтом Православной России. Не раз омрачался он: тысячелетняя жизнь нашей родины не могла пройти без бурь и волнений в области духа, но корабль Православия, водимый Духом Святым среди ярившихся косматых волн, смело и уверенно нес Россию к цели ее, намеченной в Предвечном Совете…

Бог избрал возвеличенную Им Россию принять и до скончания веков блюсти Православие – истинную веру, принесенную на землю для спасения нашего Господом Иисусом Христом. Мановением Божественной Десницы окрепла Православная Русь на диво и страну врагам бывшим, настоящим и… будущим, но только при одном непременном условии – соблюдении в чистоте и святости своей веры.

С непонятной жаждой новизны стремились мы вступить в XX век. Точно некая незримая сила толкала нас разорвать необузданным порывом цепи, связующие наше настоящее со всеми заветами прошлого… Наши первые шаги на пути нового столетия ознаменовались ярко и резко выраженными стремлениями сбросить с себя ярмо устоев нашей духовной жизни , и в безумии своем мы первый удар нанесли под самое сердце свое – в наше Православие”.

Плоды не заставили себя долго ждать: через шестнадцать лет после написания этих строк Россия рухнула в бездну.

Читать далее


Comments are closed.