СТОЛИЦА ПЕРЕНЕСЕНА ИЗ ПЕТРОГРАДА В МОСКВУ

 

h_1356800602_9397167_d7598b51ff (1)

09.03.1918 – Столица перенесена из Петрограда в Москву.

1.

Возвращение российской столицы в Москву после двухсотлетнего пребывания на брегах Невы – завершение цепи случайностей.

В феврале-марте 1918 года на советское руководство посыпались проблемы одна тяжелее другой.

С одной стороны, германские войска в считаные недели оккупировали Латвию, Эстонию, значительную часть Украины и даже взяли Псков.

С другой – было совершено неудачное покушение на Ленина и раскрыты еще два заговора.

Оставаться в Петрограде стало небезопасно.

Но куда переезжать? Управляющий делами Совнаркома (СНК) Владимир Бонч-Бруевич предложил – в Москву.

Ленин согласился, но выдвинул условие: в Москву предварительно не сообщать, переезд организовать внезапно.

Вопрос обсуждали на заседании СНК в ночь с 24 на 25 февраля.

Конспирация была строжайшей.

Только избранные были посвящены в реальные планы по переезду.

Остальным сообщили, что правительство и партруководство переедут… в Нижний Новгород.

Бонч-Бруевич, со своей стороны, дезинформировал представителей, как он сам говорил, “крайне реакционной организации” Викжель (профсоюза железнодорожников), пришедших к нему с вопросом “а правда ли, что правительство бежит в Москву?”

Управделами Совнаркома выдал тогда викжельцам “секрет”: не в Москву, а в Нижний Новгород, “там посытнее, да и от немцев подальше”.

Такие меры предосторожности, по мнению Бонч-Бруевича, были не лишними:

“Все подтвердилось на процессе эсеров, когда боевики эсеров заявили, что они пытались организовать взрыв правительственных поездов на путях следования из Петрограда, но они были сбиты с толку различными комбинациями”.

2

Опасались не только терактов, но и массовых беспорядков, когда станет известно, что в столь критический момент все руководство Советской республики сбежало из Петрограда.

А потому и приготовления к отъезду, а уж тем более сам отъезд, не афишировались.

Уже после того как члены ВЦИК и Совнаркома благополучно покинули Северную Пальмиру и перебрались в Москву, в “Правде” было опубликовано “Обращение Военно-Революционного комитета при Петроградском Совете к гражданам Петрограда”: “СНК и ЦИК выехали в Москву на Всероссийский съезд Советов.

Уже сейчас можно с полной уверенностью сказать, что на этом съезде будет решено ВРЕМЕННО перенести столицу из Петрограда в Москву…

Германские империалисты… остаются смертельными врагами Советской власти…

При этих условиях СНК невозможно дольше оставаться и работать в Петрограде в расстоянии двух дневных переходов от расположения германских войск.

Но для безопасности самого Петрограда необходимо переселение столицы в Москву.

Захват Петрограда представляется до сих пор германским империалистам, как смертельный удар по революции и Советской власти.

Перенесение столицы в Москву покажет им, что Советская власть одинаково прочно чувствует себя по всей стране, и обнаружит таким образом бесцельность похода на Петроград…

Незачем говорить, что и после ВРЕМЕННОГО переселения столицы Петроград остается первым городом русской революции”.

Паники избежать удалось.

Народ поверил в то, что переезд правительства в Москву – это временная мера.

О том же, что столица перенесена надолго, если не навсегда, знали опять же избранные.

В день отъезда из Петрограда, направляясь к машине, которая должна была доставить ленинское семейство (самого вождя, Надежду Константиновну и Марию Ильиничну) и Бонч-Бруевича к поезду, Владимир Ильич произнес: “Заканчивается петроградский период деятельности нашей центральной власти, что-то скажет нам московский?”

3

Но прежде чем этот период начался, следовало решить две задачи: перевезти руководство страны в Москву и разместить его там.

Ответственным за переезд был назначен автор идеи переноса столицы Бонч-Бруевич.

Для начала его брат Михаил, занимавший пост военного руководителя Высшего военного совета республики, еще раз подтвердил на заседании СНК 26 февраля “нецелесообразность пребывания правительства в Петрограде”.

И в этот же день подал рапорт на имя Ленина о необходимости организации переезда в Москву.

Положительная резолюция на документе не замедлила появиться, и в тот же день СНК принял проект постановления об эвакуации правительства:

“минимум руководителей центрального административного аппарата с семьями, Госбанк, золото и Экспедиция заготовления государственных бумаг″.

С заключением 03 марта 1918 года Брестского мира работы по эвакуации не только не остановились, но, напротив, ускорились: советское руководство не доверяло немцам.

Чтобы разрядить обстановку в теперь уже бывшей столице, властями распространялась ложная информация.

1 марта в “Правде” было опубликовано заявление ЦИК Советов:

“1. Все слухи об эвакуации из Петрограда Совнаркома и ЦИК совершенно ложны. СНК и ЦИК остаются в Петрограде и подготавливают самую энергичную оборону Петрограда.

2. Вопрос об эвакуации мог бы быть поставлен в последнюю минуту в том случае, если бы Петрограду угрожала бы самая непосредственная опасность – чего в настоящий момент не существует”.

Между тем слухи множились день ото дня.

И неудивительно.

В Москву нужно было отослать пять поездов: два с работниками ЦИК, два с правительством и последний, самый ценный, – с руководством СНК во главе с Лениным.

Организатор отъезда Бонч-Бруевич признавался потом:

“Я ясно осознавал, что шила в мешке не утаишь, и такую громаду, как Управделами СНК и Комиссариаты тайно не перевезешь, так что мне надо было лишь отвлечь внимание от Цветочной площади”.

То есть от состава, в котором должен был ехать вождь мирового пролетариата.

4

Формирование поезда N 4001, в котором в Москву переправлялось руководство страны, шло с соблюдением всех правил конспирации. Состав формировали не на Николаевском вокзале (ныне Московский вокзал Санкт-Петербурга), а на пустыре за Московской заставой на так называемой Цветочной площади.

План, как его описывает Бонч-Бруевич, был таков:

“Накопить спальных вагонов, в последний момент сформировать поезд и выехать без огней, пока не достигнем главных путей Николаевской железной дороги”.

Подручные Бонч-Бруевича под видом безработных обследовали все окрестные улицы и дома.

А в это время с большой помпой за несколько дней до “часа икс” был организован отъезд с Николаевского вокзала двух бывших царских поездов с членами ВЦИК, направляющимися в Москву на съезд Советов.

Эсеров, кстати, разместили в первых вагонах.

Шумно был отмечен и отъезд в Москву главы ЦИК Якова Свердлова: все видели, как он вошел в первый вагон первого состава, правда, никто не видел, как он вышел из тамбура последнего вагона и пересел во второй поезд.

Конспирация!

9 марта по распоряжению Бонч-Бруевича на Николаевский вокзал без особой шумихи подали два экстренных поезда, которые направились в Москву, увозя работников комиссариатов, имущество и служащих Управделами СНК.

И между этими двумя поездами как раз и вклинился еще один – с Цветочной площади. Охраняли поезд N 4001 латышские стрелки.

Ленин с семьей покинул Смольный в 21.30 10 марта.

Сразу прибыл на Цветочную площадь: его встретили и, освещая фонариками путь, проводили до специального салон-вагона.

В 10 вечера в абсолютной темноте с выключенным освещением поезд взял курс на Москву.

Конспирацию, правда, нарушили уже через несколько минут: по личной просьбе вождя свет в салон-вагоне был включен за плотно задернутыми шторами.

Впрочем, читал Ленин недолго – через два часа он отправился спать.

5

За ночь поезд прошел куда меньше, чем предполагалось, – помешал вклинившийся товарняк с солдатами и матросами, возвращавшимися с фронта.

К утру вместо Твери поезд был еще только в Вишере.

На этой станции и произошел довольно неприятный эпизод.

Морозным утром товарняк с разоруженными матросами и спецпоезд оказались друг напротив друга.

Бонч-Бруевич вспоминал, что, не зная, чего ожидать от матросов, “отдал распоряжение на всякий случай выкатить пулеметы.В матросском поезде сразу заметили пулеметы и стали выскакивать из вагонов и прятаться по ту сторону поезда”.

Загнать их обратно стоило больших трудов.

Товарняк отправили на запасной путь.

Ленин в это время спал.

В Москве же с начала марта в авральном порядке решали вопрос, как разместить приезжающих.

Точная дата прибытия главного эшелона держалась в секрете, поэтому решили готовиться загодя.

Еще 3 марта на заседании президиума Моссовета П.П. Малиновскому и П.Г. Смидовичу было поручено организовать встречу и размещение работников СНК и ЦИК, а 7 марта было принято специальное постановление президиума “об укреплении и реорганизации Эвакуационной комиссии”.

Прибывший в Москву Свердлов подключился к работе комиссии: для размещения работников ВЦИК были реквизированы несколько гостиниц и особняков.

Основной аппарат разместился в апартаментах “Метрополя”.

О том, что поезд N 4001 прибывает вечером 11 марта, столичным властям стало известно буквально за два часа до этого: Бонч-Бруевич позвонил в 19.45 со станции Окуловка.

Сообщение вызвало переполох, так как в этот же день Петербургское телеграфное агентство сообщило, что прибытие правительства в Москву ожидается только завтра – 12 марта.

Но это была последняя дезинформация.

После переезда большевистского правительства в Москву Красная площадь стала одним из символов центральной власти в России.

Главным организатором переноса столицы из Петрограда был Владимир Бонч-Бруевич.

6

Словом, столицу “организовали” буквально за две-три недели.

И это несмотря на то, что, по воспоминаниям дежурного адъютанта комендатуры Кремля Ю.П. Малиновского, “Москва сохранила старый облик: в ней было мало зданий, годных для правительственных учреждений, многие ведомства размещали в жилых помещениях – в дворянских и купеческих особняках”.

Ленин с семьей поселился в гостинице “Националь” (переименованной в “Первый дом Советов″.

А позднее – до окончания работ в Кремле – переехал в две комнаты на втором этаже Кавалерского корпуса (здание за Манежем).

Для постоянной работы ЦИК и СНК определили здание бывшего Сената в Кремле.

Там же устроили и квартиру вождя.

Для обеспечения безопасности руководства страны провели реорганизацию комендатуры Кремля: 11 марта вместо И.П. Петрякова назначили прибывшего из Петрограда Л.М. Стрижака, а 21 марта его на этом посту сменил бывший комендант Смольного П.Д. Мальков.

Охрана Кремля была поручена латышским стрелкам, а обеспечение безопасности членов правительства возложили на Первые московские пулеметные курсы.

16 марта 1918 года на последнем заседании IV Чрезвычайного съезда Советов переезд руководства страны был узаконен.

Столица переместилась в Москву.

Далее http://www.pokaianie.ru/guestbook/


Comments are closed.