ЦАРСКИЙ ПОЭТ, ИЛИ МОЛИТВА СЕРГЕЯ БЕХТЕЕВА

104329711_Foto_S_Behteeva_s_avtografom_s_oblozhki_romana_v_stihah_Dva_pisma_1925_g
4.05.1954. – Умер поэт, белый офицер-эмигрант Сергей Сергеевич Бехтеев
Давайте посмотрим: кто из советских поэтов воспел Гражданскую войну как нечто романтическое и необходимое?
Ну разве что Багрицкий и Светлов, которые в реальности не столько воевали на Гражданской, сколько создавали миф о своем участии в ней.
Русские же поэты каким-то шестым чувством ощущали сермяжную истину, что воспевать тут особенно нечего, стараясь держаться подальше от этой братоубийственной бойни и любыми путями сторонясь ее и в жизни, и в творчестве.
И Сергей Есенин не стеснялся признаться: “Под грохот и рев мортир Другую явил я отвагу – Был первый в стране дезертир”.
Вот когда началась Отечественная война – тогда наши поэты проявили себя во всем блеске.
Один только Твардовский чего стоит, не говоря о десятках других.
Но для воинов Белой гвардии та Гражданская была на деле Отечественной.
Ведь у них отнимали Родину.
Потому-то и дала она столько русских витязей, одинаково владевших оружием и поэтическим словом.
Среди них был офицер-кавалергард и проникновенный поэт Сергей Бехтеев.
Повторяю еще раз, потому что это очень важно: сейчас, в наше подлое, жестокое и лицемерное время стихи белогвардейских офицеров читаются и воспринимаются крайне современно.
Более того, в них находишь удивительные поэтические совпадения.
В 1992 году я писал в стихотворении “В конце века”, когда о поэте Сергее Бехтееве абсолютно ничего не знал и не слышал:
…В начале жестокого века
антихрист ворвался в наш Дом.
Змеились чужие идеи,
в подвалах жила Красота,
покуда всё те ж иудеи
опять распинали Христа.
В подполье скрываясь доныне,
врагу Красота не сдалась.
Быть может, молитвами Сына
Россия из пепла спаслась.
Кровавые сверглись идеи,
издохла бесовская рать…
Да только всё те ж иудеи
Россию взялись распинать.
И вдруг читаю теперь такие строки в его стихотворении “Русская Голгофа”, написанном в 1920 году, да к тому же исполненном в том же ритме:
Ликует Антихрист-Иуда,
Довольный успехом побед:
Свершилось вселенское чудо,
И царства христьянского – нет!
Гремит сатана батогами
И в пляске над грудой гробов
Кровавой звездой и рогами
Своих награждает рабов.
И воинство с красной звездою,
Приняв роковую печать,
К кресту пригвождает с хулою
Несчастную Родину-Мать!
Как будто и не было 68 лет, отделяющих по времени эти два стихотворения!..
Всё повторилось в России с какой-то дьявольской закономерностью, лишь только с большей подлостью и с большим коварством.
Поэтическое восприятие и отражение этого коварства оказались практически идентичны.
Вот уже почти двадцать лет русская патриотическая пресса пишет о закабалении России инородческой “пятой колонной″, превратившейся на деле уже в “шестую колонну” безчисленных предателей и грабителей нашего национального достояния.
И все эти годы мы говорим о безразличии населения к бедам страны, все эти годы мы безуспешно призываем русских к объединению перед личиной всемірного, циничного Хама, нагло попирающего наши традиции и нашу культуру.
Современный безстрашный поэт мог бы слово в слово повторить все то, что в 1921 году Сергей Бехтеев выплеснул из своего сердца в стихотворении “Мать”, которое абсолютно актуально и для нынешних дней:
Во имя безумной идеи “свобод”
В крови задыхается русский народ,
Безсильный сорвать свои путы,
Безсильный злодеев из царства изгнать,
Безсильный за правое дело восстать
В годины невиданной смуты.
…О, люди! О, братья! Забудем раздор!
Ведь тризна злодеев – наш русский позор,
Глумленье над трупом любимым.
Пора помириться! Довольно молчать!
Ведь это же нашу несчастную Мать
Насилуют в доме родимом!
Теперь, когда атеистический XX век остался у нас за спиной, мы можем спросить сами себя: что было превыше всего для Российской империи как государства в прежние времена?
Что являлось гарантом ее неколебимой державной стойкости перед любым врагом и любым несчастьем?
И ответ может быть только один: Царь и Бог.
Когда в сердце народа был Царь, а в душе – Бог, тогда никакая беда нам была не страшна и никакой враг не мог нас осилить. Но как только народ наш отрекся от Царя и от Бога, – беды, трагедии и катастрофы обрушились на Россию безконечным потоком. (Тут необходимо сказать, что отречение Царя от власти было невозможно без отречения от Него народа.
К тому же Николай II не отрекался ни от монархии, ни от Державы, он лишь передал престол брату Михаилу.)
Без Царя и без Бога нет правды, нет высшей Истины и нет справедливости на земле.
Поэт и беззаветный патриот Сергей Бехтеев настолько остро чувствовал и понимал это, что, начиная с 1917 года, уже ни о чем другом не мог говорить в своих стихах.
Его лира, точно вечевой колокол, изо всех сил пыталась пробудить оглохший в распрях и заблудший народ, заставить очнуться Россию и осознать свое гибельное сиротство.
Его так и называли при жизни – “Царский звонарь”.
Но зов этой набатной лиры уже почти никто не слышал в народной среде:
Гулко несется заутренний звон,
Будит упрямо заспавшихся он,
Но, погруженный в тревоги забот,
Спит непробудно плененный народ.
Спит наша Русь, отгоняя сквозь сон
В двери стучащийся радостный звон,
Вновь неспособная сердцем принять
Мира и веры былой благодать.
Но даже сквозь кровь и муки Гражданской войны и сквозь тягостные годы эмиграции Сергей Бехтеев пронес веру в воскрешение богоносного народа и Российской империи, веру в неизбежное признание нашей Родиной святости Царя.
Да, удивляет, но не поражает дар предвидения поэта, поскольку поэт милостью Божьей никогда не сомневается в том, что свет Истины и дух справедливости рано или поздно, хоть через века, но побеждают любое зло и всякую ложь. Он знал – русский Царь воскреснет и вместе со своей замученной Семьей обретет святость.
Все случилось гораздо раньше и в точности с прозрением поэта:
Пройдут века, ночные тени
Разгонит светлая заря,
И мы склонимся на колени
К ногам Державного Царя.
Забудет Русь свои печали,
Кровавых распрей времена;
Но сохранят веков скрижали
Святых Страдальцев Имена.
На месте том, где люди злые
Сжигали Тех, Кто святы нам,
Поднимет главы золотые
Победоносный Божий Храм.
И, Русь с небес благословляя,
Восстанет Образ неземной
Царя-Страдальца Николая
С Его замученной Семьей.
Сергей Сергеевич Бехтеев родился 7 апреля 1879 года своем родовом селе Липовке (ныне Задонского района, Липецкой области) в родовитой дворянской семье, в которой глубоко были заложены основы православного видения міра.
Учился и воспитывался в Императорском Александровском (Царскосельском) лицее, где в свое время учился А.С. Пушкин.
Там же он впитал и любовь к поэтическому слову.
Три родных сестры С. Бехтеева состояли фрейлинами Царского двора, и потому с юности он близко соприкасался с придворной жизнью и ее атмосферой.
В дальнейшем верность Императорской Семье и приверженность монархии он сохранит в душе до конца своих дней.
По окончании Лицея он поступил на службу в подшефный Ее Императорскому Величеству Кавалергардский полк, где получил офицерское звание.
Свой первый сборник стихов он издал в 1903 году.
Книга эта вышла с посвящением матери Царя Николая II Императрице Марии Федоровне.
С началом Міровой войны С. Бехтеев служит в действующей армии и после получения ранения в голову попадает в Дворцовый лазарет, где удостаивается посещения Государыней Александрой Федоровной с Великими Княжнами.
После лечения вновь отправляется на фронт и снова получает ранение – в грудь.
Для лечения уезжает в начале 1917 года на Кавказ, в Кисловодск и Пятигорск. Там и застает его известие об отречении Государя.
В октябре 1917 года поэт, видя хаос беззакония и разгром прежней жизни, пишет пять стихотворений – “Россия”, “Боже, Царя сохрани”, “Верноподданным”, “Святая ночь” и легендарная “Молитва”, ставшая затем широко известной в Советской России.
Через графиню А.В. Гендрикову эти стихи удалось передать в Тобольск Царской Семье, для которой они стали большой моральной поддержкой.
Со стихотворением “Молитва”, была связана удивительная мистическая история.
Дело в том, что во время расследования Комиссией Н.А. Соколова преступления в Екатеринбурге автограф “Молитвы”, сделанный рукой Великой Княжны Ольги, был обнаружен в книге, подаренной ей матерью – Императрицей Александрой Федоровной (на книге сохранилась надпись: “В. К. Ольге. 1917. Мама. Тобольск”).
По этой причине долгое время авторство “Молитвы” приписывалось царевне Ольге и в советское время “Молитва” даже публиковалась под ее именем.
Эта история и впрямь выглядела очень правдоподобно: царевны при их кротости перед своей гибелью действительно могли молить Господа о прощении их мучителей.
Владыка міра, Бог вселенной!
Благослови молитвой нас
И дай покой душе смиренной
В невыносимый, смертный час.
И у преддверия могилы
Вдохни в уста Твоих рабов
Нечеловеческие силы
Молиться кротко за врагов!
Сознавая свой офицерский долг служить гибнущей Отчизне, Сергей Бехтеев в 1918 г. вступает в Добровольческую армию, становится участником первого “Ледяного” 80-дневного похода.
В ней он воюет с 1918 по 1920 год, публикуясь в некоторых военных газетах.
Свой долг Сергей Бехтеев исполняет до конца, разделив все тяготы и скорби с Белым воинством.
В рядах Белой армии поэт отступает в Крым. В ноябре 1920 года он навсегда покидает Россию, со множеством русских изгнанников отплыв на пароходе из Керчи в Турцию.
Найдя затем вместе с врангелевскими частями прибежище в Сербии неподалеку от г. Нови Сад, С.С. Бехтеев становится активным участником общественной жизни русской эмиграции.
Он избирается председателем новисадского отделения Русского национально-монархического союза, пишет статьи, редактирует и издает монархические газеты.
Свою гражданскую лирику он объединяет в сборник “Песни русской скорби и слез”, который выходит в свет в Мюнхене в 1923 году.
В 1925 году выходит его автобиографический роман “Два письма”; в нем он с болью говорит о причинах поражения Добровольческой армии.
Любовная лирика Бехтеева вошла в книгу “Песни сердца”, изданную в Белграде в 1927 году.
Но главный мотив поэзии Бехтеева – это, конечно, трагедия России, измена Царю ближнего окружения, предательство интеллигенцией и русским дворянством белой идеи и надежда на воскрешение великой Империи.
В конце 1929 года С.С. Бехтеев переехал во Францию и поселился в Ницце, где и провел все свои оставшиеся годы, состоя ктитором храма во имя Державной Иконы Божией Матери (на его средства и его трудами были устроены два иконостаса: Державной иконы Божией Матери и преп. Серафима Саровского).
Здесь он тоже вошел в круг русских единомышленников, так как в Ницце находился один из монархических центров.
В 1934 году здесь же был издан его сборник стихов “Царский гусляр”
В 1949, 1950, 1951 и 1952 гг. вышли в свет четыре его книги, объединенные одним названием “Святая Русь” и ставшие полным собранием стихотворений.
Идея “За Веру, Царя и Отечество” настолько глубоко проникла в сознание поэта-монархиста Сергея Бехтеева, что никакие другие идеи, захватившие в то время Европу, и никакие другие события, происходившие в міре, уже не волновали его сознание.
Даже Вторая міровая война никак не отразилась в его стихах, в которых он продолжал воспевать Россию, запечатленную его душой до революционной смуты.
Все творчество Бехтеева – это неустанная, самозабвенная молитва за Святую Русь.
Скончался С.С. Бехтеев 4 мая 1954 года. Похоронен на русском кладбище в Ницце.
На могильной плите сделана надпись: «Корнет. Лицеист Императорского Александровского Лицея 59 курса, царский поэт и офицер белой армии».
Время все расставляет по своим местам. Шелуха отпадает и превращается в прах.
Но живое слово, за которым стоят честь и достоинство, как зеленая ветвь, пробивается сквозь любые нагромождения лжи и клеветы.
Поэты Белой гвардии возвращаются на Родину своим блистательным творчеством.
Они возвращаются к нам на века и уже никогда не уйдут из наших сердец.
Валерий Хатюшин
http://www.pokaianie.ru/guestbook